Запрос на чудо. Интервью

chudo-cvetok-[1920x1080]-[14840569]

Немного наивные, местами провокативные и смешные вопросы – в этот раз, готовясь к интервью, я решила примерить на себя роль «среднестатистического клиента» и, к своему удивлению, обнаружила, что его, то есть – нас всех – интересуют довольно прагматичные и конкретные вещи. Бывают ли провальные запросы, как с помощью расстановок удачно выйти замуж и сколько нужно сделать расстановок, чтобы стать счастливым?..

Елена Олешкевич: Можно ли научиться проводить расстановки, только участвуя в них? То есть много изучая их только с позиции клиента и заместителя? Насколько тут важно «классическое образование» — профильное психологическое и «классическое» расстановочное, я имею ввиду то, что называется «расстановки по методу Берта Хеллингера»?

Екатерина Паскал: Я не думаю, что есть прямая зависимость между количеством сертификатов, которые получил человек, и его возможностями как целителя. Скорее, это важно для восприятия клиента, а не самого терапевта. Я вполне могу себе представить расстановщика с огромным количеством сертификатов и при этом малоэффективного и, наоборот, человека с минимум обучения, но который прошел к своему собственному целительному каналу, и этот канал работает мощно. Но, безусловно, в любом обучении есть большая ценность. Оно формирует профессиональное мышление, и в работе опираться на него гораздо удобнее, чем изобретать этот велосипед самому. Хотя, с другой стороны, оно же и ограничивает в поиске новых возможностей и новых решений. Поэтому образование иметь нужно, я против дилетантизма, но нужно уметь разобучаться.
То есть я вообще не считаю, что есть некие правила, которые кто-то задал, и им нужно в жизни следовать. Кто-то придумал расстановки, кто-то — психотерапию, кто-то — такое понятие как бессознательное, он этому не учился, это просто родилось. Ньютону яблоко упало на голову, и он открыл всемирный закон тяготения, но не потому что учился этому. В этом смысле любое образование будет вторично, мы учимся тому, что кто-то до нас уже открыл. И если мы хотим сделать что-то новое, этому невозможно в принципе научиться.
Я думаю, что в профессии важен твой личный почерк, а он может родиться как во время обучения у других мастеров, так и когда соприкосновение с другим системами минимальное. Главное – понимать, что именно будет вести тебя к твоему профессиональному раскрытию. И здесь каждый сам ответственен за то, чему и у кого он учится, к чему подключается, что проводит и на что опирается внутри себя.

Елена Олешкевич: В психологии принято считать, что большинство проблем человека, если они у него есть, идут из отношений с родителями, особенно с мамой. И чтобы с этими проблемами разобраться, нужны годы психотерапии. Или, если речь идет про расстановки, то, как правило, потребуется достаточно много расстановок. Можно ли из таких непростых тем, как отношения с мамой, просто выпрыгнуть за раз?

Екатерина Паскал: Я в последнее время не очень люблю называть ситуацию, которую мы хотим решить, проблемой. Я больше склонна называть это задачей. Здесь все зависит от того, как посмотреть. Можно смотреть на задачу и видеть свою травмированную часть, пытаться ее исцелить всякими способами, но забыть о результате – для чего мы все это делаем. А можно сфокусировать свое сознание на решении, тогда большинство травм теряют свою энергию: в том смысле, что в них самих уже заложено решение, и мы смотрим не на то, что болит в этом месте, а какое решение стоит за этой болью. Я бы сказала, что терапия это скорее путь, чем результат. Это путь трансформации себя. Но очень многие вещи, если мы ориентируемся на то, что любые травмы даны нам под нашу задачу, либо сами теряют энергию, либо трансформируются в ресурс, и тогда нет смысла десятки лет выстраивать отношения с мамой, мы просто можем посмотреть на это из совершенно другой точки, и из любого своего опыта взять максимум строительного материала для нашей жизни.

Елена Олешкевич: Какие запросы вообще бывают? Делишь ли ты клиентские запросы на удачные и неудачные, поверхностные и глубокие, правильные и неправильные?

Екатерина Паскал: Обычно запросы касаются той недостаточности, которую мы испытываем в разных областях своей жизни. Я не делю запросы на правильные и неправильные. С каким бы запросом человек не пришел, есть точка, из которой запрос рождается. Он может быть не всегда внятно сформулирован, так как человек не всегда может нащупать, а как же передать словами то, что происходит в его внутреннем пространстве. Но ведет его, прежде всего, некое переживание из внутреннего пространства. Для меня здесь самая главная задача – войти в резонанс с ощущением недостаточности, которое привело клиента на расстановку, и настроиться на его язык. Во многом процессы, происходящие в подсознании, определяются тем языком, которым человек доносит свои переживания. В этом смысле мне кажется, что абсолютно любой запрос имеет под собой какую-то внутреннюю точку, повторюсь, она не всегда точно формулируется, но ее всегда можно прощупать, задавая вопросы. Как бы человек ни называл свою проблему, есть то, что его ведет, и это находится за пределами слов. Поэтому я стараюсь настроиться на это его внутреннее пространство за пределами слов и на то, какую часть этого пространства человек хочет полечить, гармонизировать, или привести к Богу, можно так сказать.

Елена Олешкевич: Есть ли смысл каким-то особенным образом готовиться к своей расстановке, чтобы она могла быть более глубокой и эффективной?

Екатерина Паскал: По моему опыту, чем более вызревший вопрос, то есть чем больше он замучил человека, тем быстрее и качественнее приходит решение, сама расстановка разворачивается намного быстрее. Люди, выбирающие путь постоянных трансформаций, я имею ввиду – если они не разово пришли на расстановку, а хотят подняться на какой-то уровень и готовы работать в более-менее постоянном режиме, часто у меня спрашивают: «С чем мне прийти в следующий раз?». Я всегда отвечаю одно и то же: «Приходите, пожалуйста, с тем, что больше всего вас дергает и беспокоит, что больше всего взбалтывает вашу энергию». Потому что если нечто заряжено энергетически, оно готово развернуться в поле. Если же у человека есть проблема, но он с ней вполне спокойно уживается и она не сильно его беспокоит, в этом будет мало энергии, и тогда решение тоже родится, но достаточно поверхностное.

Елена Олешкевич: Можно ли в расстановку прийти с запросами «хочу замуж»? Как с этим можно работать?

Екатерина Паскал: «Хочу замуж» — это желание. В первую очередь я спрошу такого клиента, в чем проблема. Сценарно такая ситуация может очень по-разному выстраиваться: например, у девушки полно мужчин, но ни с одним замуж не получается, может быть вообще нет мужчин вокруг, или уже предлагали сто раз замуж, и каждый раз она понимает, что хочет, но как только дело подходит к замужеству, бежит оттуда и больше не возвращается. «Хочу замуж» — это хорошо, это дает направление, чтобы разобраться, что происходит, но для запроса этого не достаточно, нужно больше информации.

Елена Олешкевич: Почему часто расстановки, например, про повышение уровня дохода, даже когда человек честно проработал свои негативные убеждения на тему денег и вообще много уже чего сделал и продолжает делать в этом вопросе, все же не срабатывают, не дают желаемого результата?

Екатерина Паскал: Это касается не только темы денег, но и абсолютно любой другой темы. Некоторые динамики, с которыми человек долго и плотно живет, требуют послойного разбирательства, со вниманием к каждому из уровней проблемы. И, в зависимости от количества энергии клиента, за одну расстановку может проработаться только один слой, а у него их, например, десять. Ситуация будет облегчаться, но не разрешится полностью. Соответственно, в любом запросе, это касается не только денег, если тема очень сильно «фонит» в жизни, то, скорее всего, это тот язык, которым Вселенная говорит: «Тебе надо что-то поменять в себе довольно глобально». И ты начинаешь постепенно менять, хорошо, если разными методами, это всегда лучше, чем одним. Но просто результат здесь требует времени.

Елена Олешкевич: С каким запросом/запросами приходить на расстановку бессмысленно? Есть ли какие-то заведомо провальные запросы?

Екатерина Паскал: Провальной может быть точка, из которой человек обращается к расстановщику. Сами по себе запросы не могут быть бессмысленными. За любым действительно беспокоящим человека вопросом стоит какая-то точка недостаточности в его внутреннем пространстве. В моей практике бывало, но крайне редко, когда человек приходил не для того, чтобы что-то решить, а просто из любопытства или доказать самому себе, что это не работает – из такой точки это будет заведомо провально. И я об этом говорю сразу, если это чувствую. Я не готова работать с человеком, если у него такой подход к процессу. Бывают провокативные клиенты или те, кто приходят «стянуть» энергию, им нравится находиться на группах, чтобы чужой энергией подпитаться.

Елена Олешкевич: Что ты делаешь в таких случаях?

Екатерина Паскал: Были такие клиенты, которых я просила покинуть пространство. Потому что для меня важно держать его в чистоте и защищать тех людей, которые ко мне приходят, чтобы у всех в группе – у клиентов и заместителей – происходил максимально глубокий и чистый процесс. Людей, которые не давали нам в это пройти, я удаляла с группы. А потом разбиралась, почему ко мне вообще такие клиенты шли, и простраивала пространство так, чтобы я для таких людей была не видна. Я за эффективность работы и не хочу энергию на другое тратить.

Елена Олешкевич: Если мне, как клиенту, хочется просто чуда – у меня такой запрос «хочу, чтобы со мной случались чудеса» — можно к тебе с этим на расстановку?

Екатерина Паскал: Я думаю, здесь все зависит от конкретного клиента и того, что он вкладывает в этот запрос. Человек может пытаться компенсировать таким образом что-то, чего ему не хватает, и тогда я буду спрашивать у него, что он на самом деле хочет. Или он может хотеть вернуть себе свою детскую часть, которая верила когда-то в чудеса, и это другая история — мы действительно можем это сделать, потому что внутри каждого из нас есть такая часть. Человек может вообще ничего не хотеть и придумать этот запрос из головы, тогда это будет из серии провокативных запросов, и я буду выяснять, зачем он вообще пришел на расстановку. Человек может хотеть соединиться больше с той своей частью, которая умеет материализовывать желания в жизни, и тогда это вполне реальный запрос, с этим можно работать. Под формулировкой «хочу чуда» может очень много всего прятаться, и я посредством вопросов буду выяснять, куда нам двигаться.

Елена Олешкевич: И в завершении вопрос, который, я думаю, задавали себе многие: сколько нужно сделать расстановок, чтобы стать счастливым?

Екатерина Паскал: Не знаю. Важно понимать, когда ты идешь в терапию, – терапия это путь, а не результат. Счастье – это тоже путь, а не результат. По своему опыту и опыту своих клиентов я знаю, что очень многие идут в проработку, в терапию, из-за сильной недостаточности, когда совсем допекло и понимаешь, что сам не справляешься, ты просто вынужден к посторонней помощи обращаться. Только тогда ты переламываешь свое эго и ищешь того, к чьей помощи хотел бы обратиться. Но потом в процессе проработки эта недостаточность исчезает. Она заполняется ресурсами, позитивными переживаниями, теми частями себя, которые ты в результате работы нашел, и тогда ты продолжаешь дальше пользоваться этим методом, но не из ощущения недостаточности, а из желания повышать свой уровень, потому что уровней, которых мы можем достигать, бесконечное множество, и тогда это просто становится удовольствием и способом повышения своего качества и качества своей жизни. Тогда это будет звучать так: «у меня все хорошо, но хотелось бы еще лучше». Это уже совсем не про проблематику, а про способ прохождения своего пути или какой-то его части.

* * *

Не нашли ответа на СВОЙ вопрос? Хотите узнать про энергетические расстановки больше? Мы будем рады Вашему участию! Оставляйте в форме обратной связи волнующие Вас темы для новых бесед. Давайте создавать пространство трансформаций вместе!

Текст: Елена Олешкевич